Зов Ктулху

Говард Филлипс Лавкрафт, не опубликовавший при жизни ни одной книги, сделался маяком и ориентиром целого жанра, кумиром как широких читательских масс, так и рафинированных интеллектуалов, неиссякаемым источником вдохновения для кинематографистов, да и само его имя стало нарицательным. Сам Борхес восхищался его рассказами, в которых место человека - на далекой периферии вселенской схемы вещей, а силы надмирные вселяют в души неосторожных священный ужас.Итак, вашему вниманию предлагаются классические произведения одного из самых влиятельных мифотворцев двадцатого века, причем в эталонных переводах. Кроме рассказов и повестей, том включает монументальное исследование "Сверхъестественный ужас в литературе" и даже цикл сонетов.

Говард Филлипс Лавкрафт, не опубликовавший при жизни ни одной книги, сделался маяком и ориентиром целого жанра, кумиром как широких читательских масс, так и рафинированных интеллектуалов, неиссякаемым источником вдохновения для кинематографистов, да и само его имя стало нарицательным. Сам Борхес восхищался его рассказами, в которых место человека - на далекой периферии вселенской схемы вещей, а силы надмирные вселяют в души неосторожных священный ужас.Итак, вашему вниманию предлагаются классические произведения одного из самых влиятельных мифотворцев двадцатого века, причем в эталонных переводах. Кроме рассказов и повестей, том включает монументальное исследование "Сверхъестественный ужас в литературе" и даже цикл сонетов.